Лишение родительских прав
без разницы
договорная
Провести консультацию, составить исковое заявление о лишении родительских прав. Родственная связь с ребёнком: мать. Иск в отношении отца. Инициатор процесса: мать. В разводе с бывшем супругом с 2019 года. Алименты не платит. После развода подавала заявление, но бывший супруг постоянно меняет место работы либо работает неофициально. С мая 2025 года мы не общаемся, с ребенком не видится, не интересуется, алименты соответственно не платит. Где он сейчас находится неизвестно. Общались с ним только через соц.сеть, где он меня заблокировал. В мае 2025 года, отправил фотографию заявления о том, что он отказывается от ребенка(не заверено нотариально, просто фото). В июле 2026 года возобновила исполнительное производство по алиментам. Пока результата нет.
Юристы по семейным делам
дистанционно
договорная
Лишение родительских прав, обжалование действий пристава. Сопровождение процедуры лишения родительских прав, ведение дела под ключ. Родственная связь с ребёнком: мать. Иск в отношении отца. Инициатор процесса: мать. Краткая история ситуации С Толстиковым А.Л. я состояла в браке, у нас есть малолетняя дочь Майя, 13.12.2022 года рождения. После прекращения совместной жизни в 2024 году между нами возник длительный конфликт, связанный прежде всего с безопасностью детей, поведением отца и порядком его общения с дочерью. В период совместной жизни и после ее прекращения я неоднократно сталкивалась с поведением Толстикова, которое воспринимала как представляющее угрозу психологическому состоянию и безопасности детей. В связи с этим у меня сохранялись опасения относительно его поведения, употребления алкоголя, обращения с детьми и способности безопасно осуществлять родительские права. Именно поэтому я обращалась в различные государственные органы не с целью привлечения его к ответственности как таковой, а прежде всего для проверки обстоятельств и защиты детей. После прекращения совместной жизни конфликт постепенно перешел в плоскость многочисленных обращений Толстикова в полицию, органы опеки, ФССП, прокуратуру и иные органы. Значительная часть этих обращений касалась меня, порядка общения с ребенком и исполнения судебных договоренностей. Параллельно он предпринимал действия, направленные на расширение объема своего общения с дочерью за пределами первоначально согласованного порядка. Особенно важным является то, что в дальнейшем обращения в государственные органы стали составной частью общего конфликта. Я, в свою очередь, также была вынуждена обращаться в правоохранительные органы и иные компетентные структуры, в том числе в связи с действиями Толстикова, которые считала давлением, преследованием и попытками использовать государственные механизмы для воздействия на меня. В материалах имеются, в частности, мои обращения от 21.10.2025 одновременно в несколько государственных органов, обращения в полицию от 19.11.2025 и 09.12.2025, а также соответствующие документы о регистрации этих обращений. Отдельным направлением конфликта стали *ложные сообщения и заявления Толстикова*, содержащие сведения обо мне, которые являлись недостоверными. Адвокат на прошлой недели сказала подать заявление на Толстикова по ложному доносу, одному из инцидентов в полицию. Заявление составили, отнесли. Их необходимо рассматривать не изолированно, а в общей последовательности происходивших событий, поскольку обращения в различные органы неоднократно возникали в контексте спора о ребенке и порядка общения с ним. В 2025 году был заключен мировой договор, определивший порядок общения Толстикова с дочерью - он был подписан мною на фоне давления и угроз со стороны Толстикова, в суде это озвучивалось неоднократно, что на первом, что на последующих. После этого возникли новые конфликты, связанные с исполнением установленного порядка. Было возбуждено исполнительное производство, последовали многочисленные обращения Толстикова в ФССП и другие органы, а также новые требования относительно расширения его возможностей общения с ребенком. В 2026 году я обратилась в суд с требованиями, связанными с защитой интересов и безопасности малолетней дочери. В ходе рассмотрения дела мной были представлены многочисленные доказательства, в том числе аудиозаписи и их расшифровки, переписка, медицинские документы, фотографии, нотариальные объяснения, материалы обращений в государственные органы, документы исполнительного производства, свидетельские показания и иные материалы. Решением Коломенского городского суда Московской области от [Телефон скрыт] года в удовлетворении моих требований было отказано. При этом суд, в частности, указал на отсутствие уголовной или административной ответственности Толстикова, отсутствие его учета у нарколога, а также поставил под сомнение показания моих родственников. Одновременно суд указал на отсутствие материалов, подтверждающих обращения с моей стороны или со стороны родственников в полицию и органы опеки, хотя такие обращения фактически имеются и сейчас мной систематизированы. В связи с этим мной подалась апелляционная жалоба. Жалобу приняли, назначили суд в Красногорске на 12 октября. Примерно по аппеляции сослались на 15 статей - нарушений суда. Также отправили всю информацию в Генеральную прокуратуру: на действия (точнее позицию) прокурора в участии дела, на проверку действий пристава, который снова выставил штраф, за то, что ребенок был в отпуске - типа нарушал, нельзя было уезжать, на обеспечение участия прокурора в суде по аппеляционной жалобе, не формальное присутствие, а участие. Основная проблема, которую я прошу нового адвоката оценить, заключается не только в отдельных выводах суда, а в *общем подходе к исследованию доказательств*: значительная часть событий была рассмотрена раздельно, а взаимосвязь между поведением Толстикова, многочисленными обращениями в государственные органы, конфликтом вокруг ребенка, последующим расширением требований и представленными мной доказательствами, по моему мнению, судом полноценно не исследована. Мне необходимо, чтобы адвокат посмотрел на дело именно как на единую последовательность событий, а не как на набор отдельных эпизодов, и оценил как перспективы апелляционного обжалования, так и дальнейшую правовую тактику по защите интересов и безопасности ребенка. Также адвокат, который будет идти с чувством не "проигрыша" дела, как сейчас мой ходит, а за победой.